✆ +7 (910) 496 58 84
с 10:00 до 22:00
✉ voroshkevich@rambler.ru✉ онлайн консультация

Сделав операцию в 40 лет, можно еще лет на 10 продлить свою сексуальную привлекательность

интервью в журнале «Образ жизни»
ноябрь 2012

— Чем самобытна клиника, в которой вы трудитесь?

— Своей стабильностью. Мы же не бизнесмены, а врачи, прежде всего, включая директора. Работаем уже на протяжении 16 лет и оказываем весь спектр хирургических эстетических услуг.

За последние 15 лет в нашей стране произошел качественный скачок в пластической хирургии… сегодня мы делаем операции ничуть не хуже, чем за океаном.

— А художником, в некотором роде, вы себя ощущаете?

— В самом деле, какое отношение мы имеем к искусству?! Никакого. В творчестве человек имеет право на ошибки, а у пластического хирурга этого права нет. Есть лишь один вариант написания картины, и никакой другой. Хирурги больше похожи на саперов. Несомненно, у нас должен присутствовать эстетический взгляд, мы обязаны видеть, что идет пациенту, а что нет, то есть иметь вкус.

Наше дело - это тончайшее мастерство, в котором нужно постоянно совершенствоваться и ежедневно улучшать свои возможности. Вот я уже 28 лет тружусь в своей профессии, и, несмотря на то, что являюсь православным, придерживаюсь протестантских принципов: работай, вкалывай - и тебе воздастся!

— Как я понимаю, в эту область вы пришли не случайно?

— Доктором хотел быть всегда, поэтому поступил в Первый Московский Медицинский институт. Потом закончил ординатуру, пошел в аспирантуру, где мне как раз дали тему, связанную с пластической хирургией, и вот с нее все и началось.

После 6 лет общей хирургии мне как молодому специалисту, даже показалось, что пластика не так сложна. Но чем больше я втягивался в процесс, тем больше убеждался, как я ошибался. Особенно, когда мы стали активно ездить за рубеж, перенимая международный опыт. Надо сказать, что за последние 15 лет в нашей стране произошел качественный скачок в пластической хирургии.

— Если говорить об идеальных формах, то полотна каких живописцев вам наиболее близки?

— Точно не импрессионистов и не Рубенса. Женщины в теле мне не нравятся, я склонен больше к современным, стройным формам.

Тот, кто хочет исключительно в Америке прооперироваться, пускай десять раз подумает.
Нашему человеку попасть там к хирургу экстра-класса практически невозможно, а делать у кого попало, с риском осложнений…
А послеоперационный контроль, как его осуществлять?

— Может быть, назовете имена каких-то реальных, медийных красавиц?

— Помните, как в песне у Юрия Визбора: «Он блондинок любил, и брюнеток, а шатенок он тоже любил». Женщины тем и хороши, что они разные. Если вы все-таки настаиваете на именах, то в свое время были необыкновенно хороши Эшли Джадд, Шарлиз Терон. У них живые, интересные лица, не холодная красота.

— Какая была самая оригинальная просьба пациентки по изменению собственной внешности?

— Когда хотят уж слишком большую грудь, я обычно отговариваю, поскольку это и неудобно, и некрасиво, и в целом ни к чему. А в середине 90-х ко мне обратился один молодой человек, который попросил его полностью, до неузнаваемости изменить. Так что и подобное было в моей практике.

— Как эстетический хирург вы знаете, чего хотят женщины?

— Наверное, да. Я их понимаю, никогда не спрашиваю о личном, но при этом догадываюсь, какие проблемы они желают решить с помощью пластики: все-таки сказывается столько лет непосредственного общения. Очень многие пациентки связывают с операцией долгожданный успех в бизнесе, счастливый брак, продлить интересную карьеру и пр. Нередко эти надежды вполне обоснованы. Например, одна дама, довольно известная бизнес-леди в Москве, начав с круговой подтяжки лица, сделала еще несколько операций, и тут же ее дела резко пошли в гору. А совсем недавно я исправлял носик и врожденные «мешки» под глазами и у ее юной дочки.

Но это были операции, после которых люди оставались вполне узнаваемыми. Однако также ведь существует и моделирование с увеличением проекции скул, когда женщины существенно видоизменяются, пускай и в лучшую сторону. О таких вещах, конечно, врач должен сообщать заранее, чтобы потом не было стресса.

— Ваши клиентки в основном домохозяйки?

— Нет, обычные люди, зарабатывающие деньги. Большинство, конечно, женщины, но есть и мужчины, у которых, как правило, две проблемы: веки обвисают и животы торчат

— Считаете, более красивые женщины гораздо счастливее своих менее симпатичных ровесниц?

— Женский мир жесток, и конкуренция велика. Естественно, когда на фоне сверстниц элегантного возраста появляется одна, существенно похорошевшая, другим остается либо утешать себя, что они и так замечательные и любимые, то есть подводить целую философию под равнодушие к собственной внешности, либо следовать примеру подруги, и продлевать век своей привлекательности.

Если вы не прибегаете к пластике, в 60 лет будете выглядеть не наилучшим образом - такова природа. Но даже самая легкая коррекция избавит вас от этого ужаса внешнего старения.

К счастью, в наши дни это уже многие осознают, поэтому пациентки сильно помолодели. Если 20 лет назад в основном приходили на липосакции, абдоминопластику, и большинство и в помине не знало, что такое имлантаты, то сегодня подогнать себя с их помощью под некий эталон мечтают многие. Современность диктует свои условия, и женщины на них чутко реагируют.

Несомненно, многое зависит от генетики. Но то, что уже после тридцати мы стареем достаточно быстро - не новость: появляются морщинки, провисает средняя зона лица, после родов образуются складки на животе, повисает грудь. Предотвратить эти неприятности вполне возможно: и живот сделать гладким, и лицо - юным, причем без всяких разрезов, лишь эндоскопически, а потом уже поддерживать полученный результат с помощью аппаратной косметологии, фитнеса, хорошей косметики…

Подтянутость, ухоженность ценится очень высоко в наше время. Лучше всего где-то в районе 40 лет сделать операцию на лице и продлить свою сексуальную молодость еще лет на десять. Пациентки мне не раз рассказывали, что с возрастом, именно сохранение сексуальности поддерживает интерес к активной жизни, наполняет ее красками.

В творчестве человек имеет право на ошибки, а у пластического хирурга этого права нет. Есть лишь один вариант написания картины, и никакой другой. Хирурги больше похожи на саперов.

— Полагаете, в нашей стране у эстетической хирургии большое будущее?

— Ну, если будем двигаться в направлении, которое нам диктует наиболее технологически развитая часть мира – Запад, то все это будет расширяться, увеличиваться, и перспективы грозят колоссальные. По крайней мере, сегодня мы делаем операции ничуть не хуже, чем за океаном.

Так что тот, кто хочет исключительно в Америке прооперироваться, пускай десять раз подумает. Нашему человеку попасть там к хирургу экстра-класса практически невозможно, а делать у кого попало, с риском осложнений… А послеоперационный контроль, как его осуществлять? Какой смысл?

— Сын у вас тоже пошел в медицину?

— Да, причем я не подталкивал его к этому решению

— Что вас вдохновляет?

— Результаты работы. Если вы имеете в виду отдых, то раньше я увлекался бегом, рыбалкой, а сейчас стал заядлым охотником. Каждую осень уезжаю в тайгу на две недели, хожу там на зайца и на прочую дичь... Там лес, тишина - и я полностью переключаюсь.

— Боитесь старости?

— Само это понятие, безусловно, неприятно. Четыре года назад, когда мне исполнилось 50, я не раз просыпался с мыслью, а сколько мне еще осталось, все ли я сделал, что намечал, что еще нужно закончить и пр. Именно интенсивная работа позволяет до конца сохранять мозги и жизненный тонус.


← Назад к списку публикаций